Побег из Беларуси: Поехали в Батуми!

ОВсе больше и больше белорусов покидают свою страну. Ольга Декснис рассказывает о событиях в Минске в эти тревожные времена. Эпизод 101.

Foto: Frank Sorge/imago

В августе 2021 года, когда случились жесткие разгоны и избиения протестующих против нелегитимной власти, белорусы стали уезжать в другие страны. Тогда это было логично и понятно. Люди были не просто напуганы, они были избиты. Некоторые потеряли дееспособность.

Bild: Privat

Olga Deksnis

из Минска, редактор портала про агрокультуру AgroTimes.by. Автор социальных проектов и интервью. Пишу истории про людей из уязвимых групп: люди с инвалидностью, ЛГБТ, беженцы и так далее.

Нам казалось, что что-то поменяется. Белорусы выходили на улицы по воскресеньям, собирались во дворах и пили чай, выражая солидарность. У нас был шанс и надежда, когда стали выходить работники заводов, госпиталей, университетов и школ. Но всех разогнали. Кого-то уволили, кого-то напугали арестом или арестовали, кого-то выдворили из страны.

Notizen aus Belarus

Die Notizen in deutscher Sprache finden sie hier.

Что я вижу сейчас в Беларуси? В социальных сетях то и дело пишут посты „Я уехал из страны минимум на год“, „Я в Киеве оформляю ребенка в сад, пока в состоянии прострации“, „Я уже в Варшаве, перевезла собаку, следом жду мужа“, „Я в Батуми, пока муж-правозащитник в тюрьме“. Белорусская власть этого и добивалась.

Писатель Виктор Мартинович сказал об этом точнее: „Пьешь кофе за границей, а вокруг – одни иностранцы. А ведь приятно выпить по утру американо среди белорусов. С другой стороны, уже половина людей из телефонной книжки уехала. В полупустом Центральном (известное кафе в центре Минска) за стойкой знакомых сейчас увидишь меньше, чем увидел бы в столицах по всему миру на севере, юге или западе. В Минске плавно сам становишься иностранцем.

Мы помним из психологии пирамиду потребностей Маслоу, где сказано, что второй базовой потребностью после „я поспал и не голоден“ идет „я защищен, нет страхов, есть безопасность“. Так вот, сейчас у белорусов, кто хоть как-то имел отношения к протестам на сегодняшний день нет этого базового чувства безопасности. Мы пьем успокоительные, но оно не помогает. Чувство тревоги усиливается. Так мы покидаем свою страну, не дожидаясь прямой опасности.

Я тоже решила уехать в Батуми в Грузию. Там, где моя дочь будет в безопасности, и я вместе с ней. Кстати, в этом городе есть чат для белорусов. Месяц назад в нем было 500 человек, сейчас почти 700. Кто-то подчеркнул, что это печальная тенденция. На днях белорусские активисты встречали самолет „Белавиа“ с БЧБ-флагами прямо у посадочной полосы возле аэропорта.

- Ольга, если вам нужно будет где-то остановиться на пару дней, я вас жду! – написала мне Алина, переводчица и жена юриста из центра „Вясна“, которого сейчас посадили в тюрьму и инкриминируют уголовное дело, власть оставила троих деток без отца.

- Знаете, я даже не знаю, что говорить в такой ситуации, какими словами вас поддержать! – говорю я ей.

- Не надо слов, нам всем важно знать, что рядом есть человек. Если помощь не нужна, просто приходите потом в гости.

Пока искала жилье в новой стране, почувствовала сильную солидарность белорусов в Грузии. Люди помогают, а я ни о чем не прошу: кто-то предлагает помочь найти жилье, кто-то переночевать, кто-то уже приглашает на акцию солидарности и все в чате отвечают быстро и открыто. Например, один из белорусов заболел ковидом, и ему срочно нужен был дорогостоящий аппарат для реабилитации. Белорусы за пару дней собрали на него деньги.

И в этом состоянии перемен внутри меня появилась. А не сделать ли в этом прекрасном городе у моря временное место силы и поддержки для репрессированных белорусов? Сейчас продумываю, как это возможно с финансовой точки зрения. Из общению с белорусами в Грузии, понимаю, это актуально, как никогда. И очень нам всем нужно.