Скручивание фактов в Беларуси: Эффект Стрейзанд по-белорусски

Власть сама себе вредит. Это объединяет нацию. Янка Беларус рассказывает о повседневной жизни в Минске в эти тревожные времена. Эпизод 39.

Menschen mit Blumen während eines Gedenkgottesdienstes für den Verstorbenen Roman Bondarenko

Foto: BelaPAN/reuters

Сегодня в Беларуси мы ежедневно видим проявления эффекта Стрейзанд – социального феномена, когда попытка изъять определённую информацию из публичного доступа приводит лишь к её более широкому распространению. А действия, которые осуществляют сейчас власти, выглядят не просто некомпетентно, а, как в поговорке, будто „выстрел себе в ногу“, то есть вред самому себе необдуманным действием.

Вот всего пару примеров:

Die Tagebucheinträge in deutscher Sprache finden sie hier.

Следственный Комитет заводит уголовные дела против медика Артема Сорокина и журналистки Катерины Борисевич за разглашение врачебной тайны, а уголовное дело по самому факту убийства Романа Бондаренко – нет. Противно от того, что на самом высоком уровне производится попытка не просто очернить умершего в результате избиения силовиками, а раздробить повестку, сместить акценты с самой проблемы: предъявляются анализы, в которых найден алкоголь в моче, мол, погибший не был святым, поэтому....

Но извините, для истории неважно, что пил и курил конкретный человек, насколько он был любим окружающими и прочими, а важно кто убил и почему. Справочно, этанол в моче после смерти находят в 9 из 10 случаев, в организме происходят процессы брожения, это не является показателем того, что человек употреблял алкоголь.

Но Лукашенко боится сакральной жертвы, которая должна привести к падению „сильного лидера“. Поэтому срочный приказ – десакрализация любым способом, с трансляцией по телеканалам. Чего этим добились? Медики и журналисты вышли с плакатами „Ноль промилле“ и стали лицом к стенке, положив на нее руки, к этой акции солидарности присоединились и другие неравнодушные белорусы. Ведь показатель 0 промилле алкоголя в крови, который был у Романа, означают, что человек трезв. В таком состоянии можно управлять автомобилем, самолетом, АЭС и даже государством.

А теперь представьте в новогодней витрине KaDeWe фигурку эльфа со списком желаний, среди которых есть „свобода“? Красиво же! На следующий день лист бумаги обрезают, это слово исчезает. Это было бы возможно в Берлине? Потому что в Минске в центральном универсаме – да. Впрочем, фото витрины уже отправлено в интернет и активно обсуждается.

Статью 23.34 „Нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий“ мы сегодня считаем „народной“. Именно по ней осуждают, арестовывают и штрафуют тысячи граждан. Иметь такую судимость – не позорно. Наоборот, мы считаем, что это – как тест на COVID-19, для кого-то даже почти обязательно. Вернее, к этому надо относиться с должной иронией.

Например, как девушка Даша: „Теперь я – настоящая белоруска!✌️ 14 суток. 2 раза по 24 часа без еды и воды. 10 дней без передач. От 14 до 22 невероятных сокамерниц на 14 мест. Интерьер – что-то между древним подъездом, конюшней и заброшенным домом (черная плесень, сырость, матрасы с запахом мочи, только холодная вода, мокрый бетонный пол), до массовых посадок это были курилка и туалет.

Но люди сделали эти дни прекрасными. Мы пели, занимались спортом, читали вслух книги, играли в Мафию (интеллектуальная игра, в которой надо вычислить кто мирный житель, а кто бандит. – прим. автора) и очень много смеялись и разговаривали. Тюрьмы забиты лучшими людьми и мы становимся еще сильнее и дружнее. ‚Их‘ бесит, что мы веселые и смелые?“

Einmal zahlen
.

Fehler auf taz.de entdeckt?

Wir freuen uns über eine Mail an fehlerhinweis@taz.de!

Inhaltliches Feedback?

Gerne als Leser*innenkommentar unter dem Text auf taz.de oder über das Kontaktformular.

45 лет. Журналист-фрилансер.С рождения живёт и работает в Минске. Коротко про себя говорит: „Моя жизнь очень хорошая. Мне всё очень интересно наблюдать, слушать, чувствовать, трогать и нюхать“. Писать старается на темы, которые бросают вызов.

Bitte registrieren Sie sich und halten Sie sich an unsere Netiquette.

Haben Sie Probleme beim Kommentieren oder Registrieren?

Dann mailen Sie uns bitte an kommune@taz.de