Беженцы в Беларуси: Тест на белорусскую толерантность

Лукашенко пытается сместить фокус белорусов с государственного террора. Янка Беларус рассказывает о жизни в Минске в это сложное время. Эпизод 108.

Foto: imago

Минчанка Анна в Facebook разместила пост о том, как отвезла теплые вещи в переход у торгового центра, где находятся мигранты.

Die Notizen in deutscher Sprache finden sie hier.

„Они с благодарностью и жадностью без секундных раздумий бросились разбирать одежду. Я сама одевала шерстяные варежки одной женщине. Она протянула холодную руку и соприкоснувшись я чуть сдержала слезы. „Thank you“ – говорила одна. „Eat, eat“ – начала говорить вторая, показывая на рот. Боже, они ГОЛОДНЫЕ. А мы принесли конфеты…но мы же не знали“.

В комментариях начался ад. Кто-то писал, что она – молодец. И что тоже подвезут вещи. Кто-то просил обратить внимание на то, что у большинства этих „туристов“ дорогие куртки и телефоны, а средний чек на корзину еды в супермаркете порядка 100 евро. И что оплата визы в Стамбуле на человека была больше 2300 евро. Об этом говорили сами мигранты в видео, размещенных в Интернете.

Кто-то спрашивал почему мигранты стремятся в ЕС, а не хотят поехать в Россию, где большое количество жителей, кто исповедует ислам, и где прекрасно работающая нефтяная отрасль. Кто-то говорил о смещении повестки и что „у людей в следственных изоляторах тоже нет теплой одежды, нет передач, нет даже туалетной бумаги и мыла“. И что надо иметь самоуважения хотя бы минимально настолько, чтобы не давать самих себя обесценивать. И не позволять собой манипулировать.

Очень популярным оказался пост Петра Кузнецова, учредителя новостного сайта в Гомеле.

„Я ни разу не видел видео колонн белорусских беженцев, который рвутся пройти через Польшу и хором скандируют „Германия“. Только потому, что в Германии „достойный образ жизни“, то есть пособие в 500 евро. Я, наоборот, знаю кучу белорусов, которые прошли через ближайшую для них границу, будь то Польша, Литва, Россия, Грузия или Украина, и остались там, не поехали дальше, только лишь бы быть ближе к своей стране. Не слыхал историй о том, как они бы просили пособия, но знаю, как они любым путем и способом ищут работу.

Мне в принципе не попадались белорусы, которые перед „бегством от опасности“ планомерно и целенаправленно продали бы все свое имущество, а деньги отдали бы контрабандистам за услугу нелегального пересечения границы обязательно(!) с ЕС. Наоборот, я знаю кучу белорусов, которые не покупают себе в эмиграции даже вилок, потому что не хотят иметь имущества ТАМ, надеясь вернуться на Родину.

Я не видел новостей о белорусах, которые бы проламывали границу с ЕС бревнами незаконно (преступно) вырубленного леса чужой для них страны.

Я не могу представить себе белоруса, который ради незаконного попадания в Европу открыто травил бы своего ребёнка. (Речь идет о видео, где мальчику пускают в глаза дым сигареты, чтобы вызвать слезы. Позже появилась версия, что так нейтрализуют действие слезоточивого газа – прим. автора). Извините, многочисленные видеосвидетельства показывают, что польские пограничники газ пускают только из ручных баллонов. А это значит, что малыш мог получить „дозу“ ТОЛЬКО при условии, что кто-то взрослый держал его в руках как щит в непосредственной близости от забора.

Я видел множество совершенно других историй. Хроники последних дней дали тонны материала для размышления. Но надо ли?“

Безусловно, каждый сам для себя должен решать помогать или нет мигрантам, которые сейчас застряли в пограничной зоне. Но мигранты оказались сегодня хорошим тестом на пресловутую белорусскую толерантность. И по-человечески их жаль и никто не должен мерзнуть и умирать в лесу.

Но если бы не воля одного человека, который хочет признания Европой своей легитимности, такая ситуация бы не сложилась. Может, проблема в этом человеке, а не в мигрантах?

Einmal zahlen
.

Fehler auf taz.de entdeckt?

Wir freuen uns über eine Mail an fehlerhinweis@taz.de!

Inhaltliches Feedback?

Gerne als Leser*innenkommentar unter dem Text auf taz.de oder über das Kontaktformular.

45 лет. Журналист-фрилансер.С рождения живёт и работает в Минске. Коротко про себя говорит: „Моя жизнь очень хорошая. Мне всё очень интересно наблюдать, слушать, чувствовать, трогать и нюхать“. Писать старается на темы, которые бросают вызов.

Bitte registrieren Sie sich und halten Sie sich an unsere Netiquette.

Haben Sie Probleme beim Kommentieren oder Registrieren?

Dann mailen Sie uns bitte an kommune@taz.de