Роковой обыск дома в Беларуси: Программист vs КГБ

В Минске произошла смертельная перестрелкака. Янка Беларус рассказывает о накаляющейся обстановке в родной стране. Эпизод 105.

Eine Frau, die sich eine weiß-rote Fahne umgehängt hat, trägt ein Portrait von Andrei Seltzer

28 сентября, в Минске сотрудниками КГБ был убит человек, „причастный к террористической деятельности“. Во время „отработки адресов лиц, причастных к террористической деятельности“, представители КГБ пришли в квартиру к минчанину. Он оказал сопротивление – выстрелил из охотничьего ружья.

Силовики тоже открыли огонь, в итоге мужчина погиб. Умер и тот сотрудник, в которого он стрелял. Погибший, который, как утверждается, первым открыл огонь – 32-летний программист Андрей Зельцер, сотрудник EPAM Systems. Он был женат, у пары есть ребенок.

Die Notizen in deutscher Sprache finden sie hier.

Известно и то, что ружье в доме у Зельцера хранилось на законных основаниях. Он состоял в „Белорусском обществе охотников и рыболовов“. В последний раз пошлину на право охоты он заплатил 13 августа 2021 года.

Буквально через 5 часов после происшедшего провластные СМИ опубликовали якобы видео перестрелки в квартире Андрея, но этот ролик вызывает больше вопросов, чем ответов. Первое, что бросается в глаза, – одежда сотрудников, которые приехали задерживать с их же слов „лицо, причастное к террористической деятельности“. У силовиков в ролике нет даже бронежилетов, хотя в подобных ситуациях на задание отправляют специальные отряды ОМОНа в полной экипировке.

Перед тем как кувалдой стали ломать дверь в квартиру Зельцера, люди в гражданской одежде представились: „Откройте! Милиция!“ То есть солгали кто они и откуда. Поражает глупость и полная уверенность в своей безнаказанности представителей КГБ: вы не ожидали сопротивления, думали схватить и отправить в тюрьму человека „как обычно“? Вы не удосужились даже проверить, что в доме есть ружье? Вы также не соблюдаете свой Устав КГБ: „Во время операции военнослужащие младшего офицерского состава обязаны пропускать вперёд военнослужащих старшего офицерского состава“

Интересно, что Генеральная прокуратура уже через сутки отчиталась об окончании проверки в отношении сотрудников силовых структур, которые застрелили Андрея Зельцера: они не нашли нарушений.

Впрочем, это не конец истории. Задержали жену Андрея, Марию, которая была с ним в квартире. В качестве подозреваемой в убийстве сотрудника КГБ. „Является ли простое фиксирование на видео событий в квартире соучастием в убийстве? Или у следствия есть другие доказательства ее участия в преступлении? Пока не предоставлено достаточных доказательств причастности Марии к преступлению, никто не может быть уверенным, что задержание Марии не связано с желанием скрыть истинную картину событий“ – так говорит Представитель офиса Светланы Тихановской, адвокат Сергей Зикрацкий. А тем временем Марию возможно пытают. К счастью, сын пары не был дома во время трагедии, сейчас он с бабушкой.

Журналисты связались с друзьями и знакомыми Андрея. Все описывают его как хорошего, доброго и отзывчивого человека, душу компании. За эту публикацию Министерство информации заблокировало сайт „Комсомольской правды в Беларуси“ с такой формулировкой: „На интернет-ресурсе kp.by размещена публикация, в которой содержатся сведения, способствующие формированию источников угроз национальной безопасности, заключающихся в искусственном нагнетании напряженности и противостояния в обществе, между обществом и государством“. На это даже Кремль удивился. „Решение Минска ограничить доступ к сайту „Комсомольской правды в Беларуси“ нарушает свободу СМИ, Кремль с ним не согласен“, – цитирует ТАСС Дмитрия Пескова, пресс-секретаря Владимира Путина.

Судя по всему в этом Министерстве под словом „общество“ не подразумевают „народ“. Потому что народ в соцсетях пишет о том, что, кажется, мы на пороге гражданской войны. Очень странно видеть, что люди стали однозначно делить на „свой“-„чужой“ и не испытывать никакой жалости. У погибшего 31-летнего сотрудника КГБ остались жена и маленький ребенок. Их бы пожалеть. Но нет, если глава семьи сделал свой выбор в августе 2020 года, то пусть „система“ им и помогает (тем более, что его мать – руководитель одного из подразделений центрального аппарата КГБ), а люди руку не протянут.

Впрочем, практика показывает, что „система“ таких вдов просто бросает. И лично мне жалко все стороны этой трагедии, по-человечески жалко. Мне это видится как два брата-погодка (32 и 31 лет) из-за прихоти владыки их земли идут против друга друга, это какая-то новая Библия с историей про Каина и Авеля по-белорусски. И в этой истории слишком много жертв. Сакральных жертв.

И я не знаю как остановить то, что может закончиться „красным террором“. Ведь уже сегодня правозащитникам известны имена 84 задержанных 29-30 сентября в Беларуси, большинство задержаний связано с комментариями под новостями о смерти сотрудника КГБ в результате перестрелки в Минске.

Einmal zahlen
.

Fehler auf taz.de entdeckt?

Wir freuen uns über eine Mail an fehlerhinweis@taz.de!

Inhaltliches Feedback?

Gerne als Leser*innenkommentar unter dem Text auf taz.de oder über das Kontaktformular.

45 лет. Журналист-фрилансер.С рождения живёт и работает в Минске. Коротко про себя говорит: „Моя жизнь очень хорошая. Мне всё очень интересно наблюдать, слушать, чувствовать, трогать и нюхать“. Писать старается на темы, которые бросают вызов.

Bitte registrieren Sie sich und halten Sie sich an unsere Netiquette.

Haben Sie Probleme beim Kommentieren oder Registrieren?

Dann mailen Sie uns bitte an kommune@taz.de